“О чем молчат курганы”

Автор Винокуров Владимир Васильевич, учител истории
МОУ СОШ№6 ст.Приазовской Приморско-Ахтарского района.

По всей Кубани разбросаны тысячи курганов. Одни из них уже совсем неприметные, затерявшиеся среди бескрайних кубанских полей. Они давно распахиваются и можно предположить, что в недалеком будущем следы их совсем сотрутся с поверхности земли. Но есть среди них, такие большие, что даже по прошествии нескольких тысячелетий, они удивляют нас своим величием и красивым местом расположения.
Все курганы можно разделить на две группы (хотя это разделение весьма условное), одни из них были насыпаны над захоронениями и являлись местом погребений тех народов, которые когда-то кочевали в наших степях.

Трудно представить себе, что некоторые из них являются современниками первых египетских пирамид и храмов. Другие курганы – большие по размеру – это остатки древних поселений, их на Кубани называют «реданты». В 1847 году капитан Фалькенгаген заметил на Ахтарской косе «разбросанные старинные сомкнутые строения, именуемые «туземными редантами», как – то: Охтарский, Острый, Терноватый и прочие». Он сделал совершенно правильный вывод о том, что «реданты свидетельствуют об определенной населенности и быть может даже важности этого места в прошлом».

Кто же их насыпал, и когда это было? Как они выглядели в прошлом? Ответы на эти вопросы дают современные археологические исследования. В 1983 году на втором отделении совхоза «Приазовский» (с. Пригородное), учеными Ленинградского института археологии, были произведены раскопки одиннадцати курганов, которые протянулись цепочкой вдоль правого, высокого берега р.Кирпили, в направлении от с.Пригородное к дамбе, ведущей к х.Редант. Курганами их можно назвать с натяжкой, т.к. самому высокому было 1,65 см, а самому низкому всего 10см.

Они должны были исследовать селище раннего железного века (VIII в. до н.э.- IV в. н.э.), однако разведка показала, что культурные остатки поселения полностью отсутствуют. Они были уничтожены при ремонте дамбы, когда грунт брался непосредственно с самого городища.А до этого, в течении многих лет, там брали глину для совхозного кирпичного завода. Теперь мы никогда не узнаем кто и когда там жил. Обидно, мы сами себя обокрали.

Все раскопанные курганы содержат 114 погребений различных культурно-исторических периодов: от эпохи ранней бронзы, до меото-сарматского периода.Две трети захоронений приходятся на период бронзового века, в т.ч.:
-ранняя бронза (III-II тыс. до н.э.) – 17 захоронений (14,9 %),
-средняя бронза (II-I тыс. до н. э.) – 58 захоронений (50,9 %),
-поздняя бронза (1000 – 700 г.г.) – 5 захоронений ( 4,3 %).

Бронзовый век на Кубани начался около пяти тысяч лет назад, когда совершенствования металлообработки и гончарного ремесла привело к серьезным изменениям в материальной культуре, хозяйственной и социальной жизни людей. Усовершенствовалось оружие: кроме лука и стрел, появились копья с бронзовыми наконечниками, мечи и кинжалы, праща. Изготовление утвари, оружия и орудий труда привело к началу специализации ремесла. Основными видами занятия населения Приазовья и Северного Кавказа были скотоводство и земледелие (с использованием быков в качестве тягловой силы), хотя свое значение сохраняли охота и собирательство.

Распространяется примитивное ткачество. В хозяйственной деятельности была четко выражена половая специализация: мужчины занимались скотоводством, земледелием и металлургией, а женщины – гончарным и ткацким делом. Это, в свою очередь, привело к изменениям в социальном строе. Уже к концу бронзового века у большинства народов господствовал отцовский род, хотя на Кавказе оставались сильны некоторые элементы матриархата, включая ведение родства по женской линии. Погребения свидетельствую о наличии полового и социального неравенства. В этот же период возникли и первоначальные формы рабства, источником которого служил, вероятно, плен.

По археологическим данным, люди проживали в небольших поселениях, включавших несколько патриархальных семей, сообща занимавшихся хозяйством. Несколько отцовских родов составляли племя. Существовали и более крупные объединения – союзы племен. Сохранившиеся остатки неукрепленных поселений на плоскости говорят о том, что племена контролировали определенную территорию и защищали ее от набегов соседей.
В эпоху ранней бронзы территория региона была населена носителями различных археологических культур: северо-западную и центральную часть Северного Кавказа занимали племена майкопской культуры культуры. Обширные степи Приазовья занимали племена ямной культуры. .

Названия этой и позднейших культур южнороссийских степей бронзового века отражают наиболее распространенную в определенную эпоху конструкцию погребальных сооружений – яма, катакомба и сруб, что соответствует ямной, катакомбной и срубной культурам, последовательно сменявшим друг друга. Другие культуры (например-майкопская) названы по территории, где были обнаружены памятники данной культуры (поселения, могильники).

Эпоха средней бронзы связана со значительными миграциями населения. В начале II тыс. до н.э. Приазовье заселили пришедшие с запада племена катакомбной культуры, широко распространенной от Поволжья до Приднепровья. Местное население было частично уничтожено, оставшаяся его часть была ассимилирована.
В эпоху поздней бронзы обширные территории степей были заняты племенами срубной культурно-исторической общности (генетически восходящей к ямной культуре), пришедшими из района Поволжья и относительно быстро перешедшими к оседлому образу жизни.

Ямная культура (2700-2100г.г. до н.э.) была распространена на степных пространствах от Урала до Днестра. В числе 17 захоронений, обнаруженных при раскопках курганной группы Приазовская I и относящихся к периоду ранней бронзы, 8 принадлежат древнеямной культуре. Сегодня для более точной ее характеристики используется термин “культурно-историческая общность”, в которой выделяют несколько территориальных вариантов. Основу хозяйства племен ямной культуры составляло скотоводство, однако часть населения занималась и земледелием.

Свое название культура получила по типу погребений, которые представляют собой ямы с насыпанными сверху курганами. В могильники умерших помещали в скорченном положении (на спине с подтянутыми ногами), тела посыпались охрой (красной краской органического происхождения). Инвентарь погребений представлен круглодонными сосудами со сложным шнуровым орнаментом, разнообразными изделиями из кремня и кости. Металлические изделия встречаются относительно редко, так как металл по-прежнему являлся дефицитом, его привозили извне, в основном из районов Кавказа. Имущественная дифференциация по погребениям ямной культуры не прослеживается.

Расцвет катакомбной культуры пришелся на 2000 – 1300 г.г. до н.э. В это время ареал распространения катакомбной культуры был наиболее широким и достигал на Северном Кавказе районов Чечни и Дагестана. Тесно связанные с населением Центрального Кавказа, носители катакомбной культуры выступали распространителями важных достижений передовых древневосточных цивилизаций. Огромную роль в этом сыграл колесный транспорт, широкое распространение которого относится к этому времени.

Катакомбные погребения обнаруженные в с.Пригородном представляли собой особые подкурганные сооружения – катакомбы, захоронений такого типа найдено 27, причем в первом кургане их было 6. Катакомба состояла из входной ямы, в одной из стенок которой вырывалась камера, куда помещались умерший и сопровождающий его инвентарь. Отверстие в камеру закладывалось деревом или камнем, а входная яма засыпалась. Важной характерной чертой для определения катакомбной культуры являются сосуды, предназначенные для сжигания ароматических веществ (курильницы).

В эпоху поздней бронзы (середина II – начало I тыс. до н.э.) территория Приазовья осваивается пришедшими из Поволжья племенами срубной культурно-исторической общности. Однако ареал их распространения находился немного севернее территории нашего района за р.Бейсуг, поэтому из числа всех погребений, найденных в Приазовской, только одно срубное. Племена срубной культуры уничтожали поселения среднебронзового века. Представители катакомбной культуры под напором захватчиков отошли в предгорья. Кочевники – носители срубной культуры быстро перешли к оседлости.

Значительно изменился их погребальный обряд: от совершения захоронений в деревянной яме, укрепленной деревянной конструкцией (срубом) к простым грунтовым ямам, иногда укрепленных камнем. Однако другие элементы обряда, в том числе положение умерших, состав погребального инвентаря оставались неизменными. Металлические изделия разнообразной формы и назначения (топоры, кинжалы, серпы, медные клепанные котлы) изготавливались из металла кавказского и уральского происхождения. С племенами срубной культуры связаны находки кладов, состоящих из различных бронзовых изделий. В конце существования срубной общности появились формы вещей, развившиеся впоследствии у скифов. В погребениях позднего периода также находят железные орудия (в основном ножи).

Современные археологические исследования позволили установить, что если первые курганы над захоронениями начали насыпать примерно 5 тыс. лет назад, то самым старым «редантам» в нашей местности примерно 2200 лет. Тогда по берегам Кирпилей и лиманов, ею образованных, поселяется группа меотских племен, которые начинают возводить свои поселения, протянувшиеся от современной ст. Роговской до г. Приморско – Ахтарска. Со II в. до н. э. по II в. н. э. на Кирпилях существовало как минимум 22 поселения. Интересно то, что ни севернее, ни южнее или восточнее таких поселений не обнаружено.

«Виной» всему конечно же река Кирпили, которая как писал в середине XIX века И.Д.Попко, « пробегает лучшую местность степи и в некотором расстоянии от моря, наполняет лиман Кирпильский. Болотистая, покрытая дремучим камышом полоса, связывает этот лиман с Ахтарским заливом Азовского моря. Прекрасна здесь весна, отраден летний вечер. Это цветная лента на угрюмом челе степи. Высокие берега реки усеяны курганами, выше которых нет по другим рекам. Курганы зеленеют, как купы пальм в пустыне, а вокруг них разбросаны ковры из воронцу и горицвету.

На их остроконечную вершину любит выезжать удалой табунщик…». Прав был один из первых историков Кубани. Современные исследования позволяют сделать вывод, что р. Кирпили в древности была намного полноводнее, она имела живое русло, которое соединяло ее с Азовским морем – а значит было возможно судоходство. Более двух тысяч лет назад, имевшиеся тогда морские суда, могли доходить до современной ст. Роговской. Н. В. Анфимов утверждает, что Кирпили можно отождествлять со Страбоновским Малым Ромбитом (т. е. богатую камбалой).

Связь с Азовским морем и возможность судоходства, чистая вода и хорошие земли, а так же наличия лесов по ее берегам – все это привлекло меотов в нашу местность и, по всей видимости, явилось одной из причин заселения ее в конце III в. до н. э.. Сейчас у нас вызывает удивление само слово « леса вдоль Кирпилей». Однако еще в нач. XIX века черноморские казаки застали здесь отдельные дубовые рощи, которые потом были уничтожены первыми поселенцами, е вырубавшими их на строительные нужды.

Корабли из Средиземноморья приходили и швартовались не только в Ахтарском лимане, но и у городищ, расположенных возле современных станиц Роговской, Новоджерелиевской, Степной, х. Свободный… Археологи находили у ст. Новоджерелиевской в прибрежном иле, достигавшем глубины шесть и более метров, грузила для сеток, каменные якоря и оброненные амфоры, наполненные оливковым маслом и вином двадцативековой выдержки… С Кубани они везли в Грецию зерно, рыбу, мед, кожи, рабов. Оказывается, что две тысячи лет тому назад, Кубань кормила Грецию!

Вот какие бесценные исторические пямятники достались нам от былых времен и как варварски мы с ними обращаемся? В районе ст. Роговской одно из городищ было полностью уничтожено, так как и там, как в Приазовской, много лет подряд из него брали глину для местного кирпичного зовода. Археологи не смогли даже определить, когда же оно прекратило свое существование. А в ст. Новоджерелиевской на цитадели одного городища в 30 – е годы устроили скотомогильник, где хоронили умерших от САПА лошадей. Так безвозвратно теряются странички истории нашего прошлого, остаются «белые пятна», которые уже ничем не заполнишь, не перепишешь заново…

Кто же они такие эти меоты, которые 22 века назад пришли к нам в Приазовье и около 400 лет жили в нашей местности. Представьте себе, мы недавно отметили 210 – летие с начала заселения Кубани казаками, а меоты жили оседло здесь более 400 лет!
Ученые считают, что меоты это собирательное название большого массива племен, живших по р. Кубань, на Таманском полуострове, вдоль Черноморского побережья, и по р. Кирпили. Свое название они получили от греческого названия Азовского моря – Меотида. Язык меотов ученые относят к кавказской языковой семье и считают их далекими предками адыгов.

С IV в. до н.э. на Кубань накатываются новые волны кочевников – сарматов – групп племен, родственных скифам, аланам. Их кибитки были сделаны из войлока и прикреплены к повозкам, на которых они жили. По свидетельству Страбона, « вокруг кибиток пасется скот, мясом, сыром и молоком которого они питаются. Они следуют за своими стадами, выбирая местности с хорошими пастбищами».Сарматы облагали данью окрестные земледельческие племена, потом греческие колонии и даже Римскую империю.

Одно из племен этой общности, сираки, во II в. до н.э. заселяют Кубанские степи. Как наемники, сиракские воинские отряды участвуют во многих войнах, которые велись в Причерномории, Закавказье и даже на Ближнем Востоке. Часть сираков нанималось служить даже в Римских вспомогательных кавалерийских частях. Скотоводы и земледельцы, «они частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием»(Страбон). Они подчинили меотские племена в степной части Кубани, уничтожив их знать.

На Кирпилях меоты возводили свои поселения на высоких местах по обоим сторонам вдоль реки. В районе ст. Роговской – 3, у Новоджерелиевской – 5, у Степной – 3, а на противоположном берегу Кирпильского лимана у х. Могукоровка еще два. В одном километре южнее х. Новые Лимано – Кирпили находится Черниевский редант. Недалеко от хуторов Свободный и Новопокровский их 4 – Чумяный, Черепяный, Черный и Новопокровский реданты, севернее х. Буденый – Терноватый редант и в районе г. Приморско – Ахтарска – Ахтарский и Острый реданты.
В нашем районе ни одно из городищ не раскапывалось. В 1970 г. археолог И. С. Каменецкий осмотрел и снял план Новопокровского городища.

Оно довольно внушительное по размерам, примерно 300 х 200 метров. Обычно меоты возводили сначала центральную крепость – цитадель, строили ее на обрывистом берегу или на мысу. Выкапывали рвы, насыпали валы. Рвы заполнялись водой, что в нашей местности не представляло большой трудности из – за близости грунтовых вод. Кроме цитадели рвом старались окопать поселения, которые разрастались и их вновь окапывали рвами. У городища Терноватый редант виден второй ров, который защищал само поселение, а у Новопокровского городища таких рвов четыре. Это говорит о том, что здесь люди жили довольно долго и когда посад разростался, его вновь укрепляли кольцевыми сооружениями.

Строительство укреплений, защищавших посад, говорило также о неспокойной обстановке и постоянной необходимости защищать свое поселение. В 80-х годах огромное городище было раскопано в ст. Новоджерелиевской. Достаточно сказать, что цитадель в нем составляла около 400 м в поперечнике, крепость была прямоугольной формы, по углам находились мощные башни оборонительного значения. За внешней стороной вала располагались жилые дома, далее еще один ров, глубиной около 4 м. За ним располагался посад, где жили люди, правда уже ничем незащищенные. Все поселение было больше километра в длинну.

Там где живет человек, постепенно нарастает так называемый культурный слой, уровень земли нарастает постепенно, примерно 1см в год. Вот археологи и работают с этим слоем, как в архиве. Перекапывают, перебирают, даже просеивают его, пытаются ничего не пропустить, ни одного предмета, ведь они так много могут нам рассказать. Основными находками из культурного слоя городищ являются обломки глиняных сосудов, кости домашних животных, отдельные бытовые предметы и орудия труда.

Долго археологам не удавалось найти сохранившиеся остатки меотского жилища, ведь оно строилось из камыша и обмазывалось глиной, а значит были недолговечными. Оказалось, что меотское жилище подквадратное в плане со скругленными углами, полы глинобитные, стены камышевые. Концы камыша помещали в канавку, снаружи он крепился горизонтальными пучками камыша, а затем обмазывался глиной. Высота стен 2,5 м. Крышу делали также из камыша или куги и, она выступала над несколько наклоненной внутрь стенкой. В центре устанавливался открытый очаг – углубление, ограниченное глинобитными бортиками.

К очагу имелись различные подставки, экраны и противни из глины. У задней стенки жилища иногда устраивали большую хлебопекарную печь, сложенную из сырцовых кирпичей: высокий под, боковая топка, свод с отверстием вверху. Около очага находилась неглубокая (до 1 м) яма для золы. Вдоль стен располагались глинобитные лежанки. Хижины строились вплотную к валу, рядами. Между ними находились узкие метровые проходы. Перед домами проходила улица, шириной около 5 м, на которую выходила тыльная сторона следующего ряда домов. Перед жилищами меоты рыли ямы различного назначения – зерновые, рыбозасолочные, погреба и просто для мусора.

Меоты занимались земледелием: возделывали пшеницу, ячмень, просо, рожь, лен. Скотоводство также играло важную роль в их жизни, они разводили лошадей, коров, овец, коз. Рыбу ловили сетями – об этом говорит большое количество найденных грузил из обожженной глины. Все основные орудия труда изготовляли из железа, украшения и доспехи – из бронзы. Меотские ремесленники – гончары, используя гончарный круг, изготавливали разичные сосуды серого цвета, которые успешно сбывались кочевникам кубанских степей.

Когда ираноязычные племена сарматов стали проникать в степи Северного Кавказа и захватили степную ее часть , заселенную меотами, некоторые из них перешла к оседлому образу жизни и смешалась с меотским населением. В 1974 году восточнее ст.Новоджерелиевской, на правой террасе Кирпилей, был раскопан курганный комплекс сарматского времени. Большинство предметов укладывается во II век до н.э..Сарматское захоронение впускное в курган эпохи бронзы. Для захоронения двух сарматов использовали стоявший уже более двух тысяч лет курган.Погребенные были ориентированы головой на северо-запад.

Это были знатные представители сарматского племени сираков, о чем говорит очень богатый инвентарь погребения:
1. мелкие штампованные золотые нашивки на одежду;
2. бронзовое зеркало диаметром 13 сантиметров, штырь 3,5 сантиметра, на него была насажена деревянная рукоятка, такие зеркала характерны для сарматских захоронений;
3. мегарская стеклянная чаша, была изготовленна в Сирии или Египте, в нашу местность подобные изделия попадали через Закавказье по меотско-колхидской дороге;
4. два серебряных сосуда – килик и круглодонная чаша;
5. бронзовая, италийского производства сковородка;
6. три сарматских котла;
7. три серебряных фалара – нашивок на одежду;
8. два малых серебряных фалара с головой льва;
9. большой бронзовый колокольчик;
10. железный канделябр, к которому крепилась плошка на четырех ногах, украшенная железными головами оленей с ветвистыми рогами;
11. железные поделки конусовидной формы;
12. глиняный горшок.

Во II – III в. в. н. э. новое сарматское племя – аланы вытесняет меото – сарматское население со степной части в Закубанье и в низовья Дона. С этих пор в наших степях до заселения их казаками, не было постоянного, оседлого населения, наши степи стали уделом кочевников.

234 просмотров всего, 2 просмотров сегодня

Комментарии закрыты