Начало 20 века в Приморско-Ахтарске

Начало 20 века в Приморско-Ахтарске

В начале XX века шло интенсивное классовое расслоение казачества. Зажиточная его часть еще больше богатела, беднота, отдавая за долги свой земельный надел, частично теряла свою самостоятельность, превращаясь в сезонных сельскохозяйственных рабочих. В еще худшем положении находились иногородние. За аренду земельного участка им приходилось расплачиваться одной третью, а то и половиной урожая.
Рабочий класс Приморско-Ахтарской был малочисленным. Основное ядро его составляли портовые грузчики. За свой непосильный труд они получали жалкие гроши — по 3—4 копейки за 10 погруженных пудов. Такое положение вызывало глубокое недовольство трудящихся.

Под влиянием большевистской агитации среди передовых рабочих распространяются идеи ленинской «Искры». Рабочие начинают понимать, что их сила в объединении. Они предъявляют коллективные требования хозяевам. Первая стачка в Приморско-Ахтарской произошла в 1903 году. Она была организована портовыми грузчиками.
Расстрел мирной демонстрации в Петербурге 9 января 1905 года всколыхнул всю Россию. Группа кубанских казаков, примыкающая к большевикам, в своем обращении призвала однополчан отказаться от позорной полицейской службы, вспомнить традиции предков — людей вольной Запорожской Сечи.

12 мая 1905 года забастовали приморско-ахтарские грузчики. Станичный атаман телеграфировал атаману темрюкского отдела: «Сегодня в станице забастовка 500 человек рабочих. Требование: повышение заработной платы. Воспрещают производить погрузку-выгрузку пароходов, убытки ожидаются громадные… Прошу командировать в станицу сотню казаков для предупреждения несчастных случаев». Активным участником забастовки был восемнадцатилетний грузчик-десятник, впоследствии первый командир 4-го Приморско-Ахтарского революционного полка Пантелей Кузьмич Зоненко.

Революционной работой в Приморско-Ахтарской руководил в это время большевик Ованесов. Учитывая тревожную ситуацию, власти разместили в станице эскадрон Урупского полка. Ованесов через молодежь наладил с солдатами крепкую связь. Разъяснительная работа велась в основном на вечеринках. Командование заметило, как быстро падала дисциплина, появились случаи неповиновения. Дошли тревожные слухи и до высокого начальства. Вскоре «крамольный» эскадрон заменили жандармами.

После поражения первой русской революции на Кубани, так же как и по всей России, наступила полоса жестокой реакции. Введенное в начале 1906 года военное положение в июне 1909 года было заменено положением «усиленной охраны». Многие участники революционных событий были отправлены на каторгу.
Большевики ушли в подполье. Нелегально выпускаемые листовки Кубанским и Черноморским комитетами РСДРП появляются в самых отдаленных уголках Северного Кавказа, в том числе и в станице Приморско-Ахтарской.
В сентябре 1907 года на единственное Депутатское место от неказачьего населения Северного Кавказа в III Государственную думу был избран член Темрюкской социал-демократической организации, врач городской больницы И. П. Покровский. Это было ошеломляющей неожиданностью для кубанской войсковой верхушки — посланец большевиков в Думе!

В марте 1908 года в Приморско-Ахтарской появляются листовки, отпечатанные на гектографе Ейской социал-демократической группой. Полицмейстер города 14 марта 1908 года доносил своему начальству: «В последнее время все чаще стали разбрасываться прокламации, заключающие в себе оскорбления по адресу особы царя и порицания на действия правительства». В это время в Приморско-Ахтарской из 14 тысяч жителей казаков было не более 20 процентов. Остальное население составляли оседлые и временно проживающие иногородние, которые не могли стать надежной опорой царских властей.




В годы революционного подъема влияние большевиков в Приморско-Ахтарской значительно возросло. Когда в 1912 году до Кубани дошла весть о Ленском расстреле, Приморско-Ахтарская большевистская группа в знак протеста организовала однодневную стачку. На многолюдный митинг в Бриньковском порту собрались сотни рабочих. Разогнать его полиции оказалось не под силу.
В это же время восстанавливается профессиональное объединение портовых грузчиков, создаются новые профгруппы. В 1912 году извозчик М. Т. Коваленко организует в Приморско-Ахтарской артель дрогалей, использующих свой транспорт. Вскоре этот профсоюз предъявил свои требования владельцам хлебных ссыпок.
Все активнее выступают против хозяев и рабочие слесарно-механических мастерских. Нередко через них в станицу доставлялись листовки.

— Однажды,— вспоминал член большевистской группы П. Т. Джулай,— меня командировали в Таганрог за инструментом. Там его упаковали в две бочки из-под цемента. Я привез груз в Ахтари, но рядом с инструментом в бочках оказались прокламации. И они сыграли свою важную роль в революционной борьбе…
Для связи с массами большевики использовали любую возможность. Рабочие иногда заходили в книжный киоск на железнодорожной станции. Они хорошо знали продавца Ираиду Яковлеву. Вместе с безобидной книжечкой, а то и правительственной газетой, она вручала знакомым покупателям большевистские подпольные издания.
Организованность рабочих, руководимых большевиками, день ото дня крепла. Как-то в июне 1916 года грузчики железнодорожной станции заявили администрации, что разгружать вагоны по 2 рубля 25 копеек за штуку не будут, и, объявив забастовку, разошлись по домам. На станции скопилось 58 вагонов с хлебом. Управление Черноморско-Кубанской железной дороги прислало партию рабочих со станции Роговской. Но грузчики, узнав от бастующих, в чем дело, отказались выполнять работу. Обеспокоенный простоем транспортов, начальник станции выехал на балластный карьер и уговорил поденщиков-персов разгрузить вагоны, назначив им плату по 2 рубля 50 копеек за вагон. Транспорт был разгружен, но это еще больше возмутило рабочих.

29 июня 1916 года неожиданно для местных властей в Приморско-Ахтарской начался «сахарный бунт». Лавочник Бифтов по своему усмотрению поднял цену на сахар с 26 до 30 копеек за фунт. Волнения продолжались пять дней. Народ пытался разгромить магазин, но вмешалась полиция. Произошли кровавые столкновения. Однако победили рабочие. Купцу пришлось продавать сахар по старой цене.
Февральская буржуазно-демократическая революция не принесла каких-либо изменений в положение трудящихся. 3 марта 1917 года Екатерииодарская городская дума образовала комиссию по созданию гражданских комитетов, а Временное правительство назначило в Кубанскую область своих комиссаров — представителей кадетов Бардижа и Николаева. На Кубани и в Черноморье, так же как и повсюду в стране, создалось двоевластие. Наряду с буржуазными гражданскими комитетами действовали и новые органы власти рабочих и крестьян — Советы.

Исполнительный комитет Приморско-Ахтарской оказался эсеро-меньшевистским. Председателем его был избран владелец типографии Г. Ф. Сергиенко, членами -зажиточный казак М. С. Черный, канцелярист В. Н. Чаплыгин и дьяк Гаврилов. Понятно, что такой исполком не мог защитить интересы трудящихся. За пять с лишним месяцев он провел 22 заседания, принял немало решений, по все они были антинародными. Так, в марте 1917 года было утверждено распоряжение о приеме в органы охраны порядка «всех желающих из старой полиции» и даже приставу предлагалось «сменить форму и продолжать службу».

Когда портовые грузчики потребовали повышения зарплаты, исполком не нашел ничего более действенного, чем создание комиссии «для урегулирования отношений между рабочими и предпринимателями». Как и следовало ожидать, никакого урегулирования не произошло.
Деятельность большевистских групп активизировалась. 23 апреля 1917 года гражданский исполком собрал население станицы на церемонию присяги Временному правительству. Но благодаря разъяснительной работе большевиков это мероприятие было сорвано.

Радостная весть о победе пролетарской революции в Петрограде докатилась и до Приморско-Ахтарской. Большевики объединяют вокруг себя бедняков, устанавливают прочную связь с Екатеринодарским комитетом РСДРП, призывают рабочих вооружаться. День ото дня растут и крепнут их ряды. С фронта возвращаются большевики В. И. Чернецкий, П. А. Мартынов, П. Д. Тараскин, П. А. Корнет и другие, прошедшие окопную школу политической борьбы. Среди фронтовиков был и унтер-офицер коммунист Пантелей Кузьмич Зоненко, избранный еще в начале 1917 года председателем батарейного солдатского комитета.

9 января 1918 года коммунисты проводят митинг портовых грузчиков, рыбаков, мастеровых, батраков и солдат-фронтовиков. Однако инициативу на нем захватили меньшевики. Их представитель, прибывший из Екатеринодара, всячески поносил большевиков, называя их разбойниками и предателями родины. Тогда слово взял фронтовик Максим Шевченко:
— Довольно врать! Вот я большевик и говорю вам, товарищи, только большевики по-настоящему борются за счастье трудового человека.

Станичники хорошо знали Максима, гнувшего, как и они, спину на богатеев. И они поверили ему. К трудящимся станицы обратились Ираида Яковлева, Матвей Подыма. На митинге был избран военно-революционный комитет. В него вошли В. И. Чернецкий, М. Ф. Подыма, Н. Ф. Кознодей, С. С. Шмайлов, Н. Д. Войтенко и другие. Первым председателем ревкома стал В. И. Чернецкий. Здесь же создали расногвардейский отряд, командиром которого назначили А. И. Шевченко.
11 января 1918 года ревком снова собрал около церкви митинг. Рассказывая станичникам о том, что в России установлена Советская власть, Матвей Подыма предложил в состав уже созданного ревкома ввести представителей от казаков — Федора Мишура, Петра Корнета, Михаила Бараниченко. Присутствующие горячо поддержали это предложение. Здесь же было решено пополнить красногвардейский отряд А. И. Шевченко иногородними и казаками-фронтовиками.

На другой день красногвардейцы заняли банк, почту, телеграф, железнодорожную станцию, порт. А на рассвете 13 января в казачью сотню, что стояла в станице, явились члены ревкома Петр Корнет и Федор Мишур. Они быстро нашли с казаками общий язык. Офицеры были арестованы, а казаки, сдав винтовки и два пулемета, разошлись по домам. Вслед за этим группа бойцов во главе с П.Т. Джулаем, разоружив полицейских, проникла в станичное правление. Всем его работникам было предложено разойтись по домам.
Вскоре после этого была упразднена должность станичного атамана. Отныне единственным органом власти в Приморско-Ахтарской становится ревком.

Только-только начала укрепляться рабочая власть в станице, как враги обрушили на нее первые удары. По просьбе бывшего атамана Падалко из Екатеринодара, где еще властвовало реакционное Кубанское правительство, в станицу был направлен отряд численностью 500 человек с двумя пушками и четырьмя пулеметами. Ахтарцы могли противопоставить ему лишь два пулемета да полсотни винтовок. Ревком принимает решение: по суше и морю отходить на Ясенскую косу, а потом к Ейску.

Бардиж пробыл в станице сутки, восстановил власть атамана, арестовал не успевших скрыться рабочих-активистов и увез их в Екатеринодар.
В Ейске перед приморско-ахтарским отрядом численностью до 400 человек встал вопрос: где взять оружие? Налеты на Староминскую,и другие гарнизоны не могли решить проблему. Коммунист П.К. Зоненко предлагает разоружить Уманский казачий батальон. Это предложение поддержали все бойцы отряда. В состав нового ревкома вошли Пантелей Зоненко, Максим Шевченко, Касьян Сытник и другие. Командиром приморско-ахтарского отряда становится Пантелей Зоненко.

В помощь ахтарцам командир ейских красногвардейцев И.Л. Хижняк выделил два взвода пехоты и эскадрон кавалерии, а рабочие железнодорожного депо соорудили вагон-броневик.
16 февраля 1918 года в короткой схватке станица Уманская (ныне Ленинградская) была взята. Эта операция значительно укрепила моральный дух ахтарцев. Их вооружение пополнилось двумя орудиями и 10 пулеметами. По железнодорожной линии от Староминской через Тимашевскую бойцы двинулись к Приморско-Ахтарской. Но вести бой за нее не пришлось, так как после ухода Бардижа станицу снова заняли красногвардейцы отряда А. И. Шевченко, установив здесь Советскую власть.
Из этих двух отрядов вскоре создастся 4-й Ахтарский военно-революционный полк, насчитывающий до 800 бойцов. Его командиром избирается Пантелей Кузьмич Зоненко.

1 апреля 1918 года в Екатеринодаре открылся II съезд Советов Кубани, который провозгласил образование Кубанской советской республики, как неотъемлемой части Российской Советской Федеративной Республики. От приморско-ахтарских большевиков делегатом был послан Семен Степанович Шмайлов.
Создается Ахтарский станичный Совет народных депутатов, в который вошли Ы. Т. Шахнаров, Н. Н. Недилько, П. Д. Тараскин. Председателем Совета был избран Н. Т. Шахнаров. В отличие от буржуазного исполкома 1917 года этот Совет был истинным защитником интересов трудового народа. Он принял решение о конфискации имений у Малышева, Черного, Скакуна и других богачей, установил контроль над деньгами в казначействе, конфисковал типографию «Сергиенко и Ручка», начал реквизицию хлеба у богачей.

В постановлении Совета о порядке распределения земли говорилось: «Всю имеющуюся незапаханную землю отдать… от одной до пяти десятин гражданам станицы Приморско-Ахтарской, а также и хуторам, прилегающим к сей станице… кто… таковой не имеет». Так впервые за свою жизнь безземельный батрак в первую же весну Советской власти смог посеять свой хлеб.
В тяжелом для Советской Республики 1918 году, когда Ленин указывал, что борьба за хлеб есть борьба за социализм, приморскоахтарцы горячо откликнулись на этот призыв. Весной по решению Совета в Новороссийск отправляется вагон пшеницы, а по прибытии в станицу уполномоченного по продовольствию формируется эшелон с хлебом и отправляется через Царицын в Москву.

В конце марта 1918 года под Екатеринодаром развернулись бои с наступающими войсками Корнилова. В них принял участие и Ахтарский военно-революционный полк П. К. Зоненко, державший оборону в районе Черноморского вокзала.
В апреле 1918 года Ахтарский полк в составе трех пехотных батальонов, двух кавалерийских эскадронов, артиллерийской батареи и пулеметной команды вошел в состав 2-й дивизии, штаб которой находился в Ейске.
Летом 1918 года Деникин развернул военные действия на Кубани. 4-й Ахтарский полк сражается с белогвардейцами на разных участках. В боях под Белой Глиной и Тихорецкой, под Ставрополем и Спицевкой его бойцы покрыли себя неувядаемой славой.

Осенью 1918 года белогвардейцам удалось захватить всю территорию Кубано-Черноморской советской республики и установить здесь свои порядки. Большевики Приморско-Ахтарской уходят в подполье, ведут агитационную работу среди населения. В белогвардейских сводках того времени сообщалось, что во многие станицы Таманского отдела через Керчь прибывают в большом количестве коммунисты для проведения агитации и организации партизанских отрядов. Деникин вынужден был снять с фронта часть войск и бросить их против партизан и на подавление восстаний. 17 марта 1920 года Красная Армия овладела Екатеринодаром. Успешное наступление шло вдоль побережья Азовского моря. Освобождались города и станицы. С огромной радостью встретили жители Приморско-Ахтарской своих освободителей.

Однако обстановка на Кубани оставалась напряженной. В горах и плавнях скрывались белогвардейские банды, появляясь то тут, то там, они жгли хаты, грабили население, зверски расправлялись с активистами. В средине августа 1920 года окопавшийся в Крыму Врангель сделал последнюю попытку захватить кубанские земли. Двенадцатитысячный белогвардейский десантный отряд под командованием генерала Улагая внезапно высадился на Азовском побережье недалеко от Приморско-Ахтарской. Используя внезапность, он быстро продвигался вперед, занимая хутора и станицы. К 20 августа его передовые части находились уже в 40—50 километрах от Екатеринодара.

На пути улагаевцев встали части 11-й армии. В помощь ей в тыл врага по Кубани и Протоке забрасывается красный десант под командованием Епифана Ковтюха и комиссара Дмитрия Фурманова.
Вместе с частями 11-й армии бои с белогвардейцами вела 33-я кавалерийская бригада Я. Ф. Балахонова. Утром 25 августа кавалеристы ворвались в станицу Бриньковскую, а к вечеру вышли на берег Ахтарского лимана Советская власть в Приморско-Ахтарской была установлена навсегда.



86 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Комментарии закрыты